Грех в твоей крови - Дана Мюллер-Браун

жизнь. И жизнью Авиелл это тоже не должно стать. Я знаю, что она обязана сначала посетить все княжества, прежде чем ей разрешат выйти замуж как княгине. Однако я не знаю чего-то еще, и Тарон, похоже, не считает нужным меня в это посвящать. Я не могу понять, что происходит. С одной стороны, если бы Авиелл была осведомлена обо всем, а я предполагаю, что она всю жизнь готовилась к замужеству, я бы заметила. С другой стороны, я не знаю обычаев при вступлении в брак или при помолвке. Так что я должна всему этому просто подыгрывать.

– Разве я не могу попробовать это мясо в замке? – наконец сдавленно произношу я.

– Госпожа, – чуть ли не уговаривает меня Мирал. – Это обычай нашего княжества. Вам нужно решить, какая мясная лавка вам подходит. Таким образом, ее хозяин становится официальным мясником княжеского дома.

Я киваю и стараюсь выровнять дыхание. Чувствую себя будто в клетке. Закованной в цепи. Возможно, на Авиелл давил не столько ее корсет, сколько эти невидимые оковы, о которых я и не подозревала.

– После этого вы выберете цветочное оформление, и как только мы вернемся во дворец, придет портной снимать мерки.

– Хорошо, – отвечаю я.

Когда я выполню все свои обязанности, надеюсь, они позволят мне хоть ненадолго остаться одной, ведь только так я смогу найти Ави.

Когда я вхожу в тот же зал, что и вчера, и взгляд князя Сладострастия останавливается на мне, мне хочется, чтобы на мне была моя одежда героя, а не это откровенное белое платье. Он привлекательный, мускулистый, высокий, темноволосый, и в нем есть какой-то шарм. Но в то же время он неряшлив и похотлив.

Когда Тарон встает и с улыбкой приглашает меня за стол, Лиран даже не поднимает глаз от своей книги.

Я сажусь напротив и пытаюсь мельком разглядеть обложку. Но на потертой коже нет никакой надписи. Лиран переворачивает страницу и смотрит вверх. Взгляд его темных глаз застает меня врасплох, и я чувствую, как в груди у меня поднимается смесь опаски и любопытства.

– Доброе утро, княжна, – буркает он, приподнимая уголок рта. – Готовы к исполнению своих обязанностей?

Я расправляю плечи, киваю, беру вилку и втыкаю ее во фрукт. Хотя я бы предпочла, чтобы она вонзилась князю в грудь. Или в его высокомерные глаза.

– Лиран, – предупреждает его Тарон, точно так же, как и вчера.

Я смотрю на него. На его рыжеватые темно-русые волосы и красивое лицо. Хотя обычно он ко мне добр, я хорошо могу представить, как это лицо краснеет, а губы трясутся от гнева, когда раскрывается его истинная сущность.

– Я твой гость, Тарон, так что не произноси мое имя таким предупреждающим тоном, будто я малолетний проказник.

– Но ты ведешь себя именно так. Это моя невеста.

Взгляд Лирана снова скользит по мне, и я замечаю улыбку посвященного в тайну. Скорее всего, он просто радуется, что знает нечто, что можно в любой момент вонзить как «кинжал истины» в сердце Тарона.

– Когда начнется мое путешествие по княжествам? – спрашиваю я, мельком взглянув на князя Сладострастия, который за едой похотливо разглядывает служанок. Желание поехать в его княжество у меня постепенно пропадает.

– Больше всего на свете я хотел бы прямо сегодня взять вас с собой в настоящий дворец, княжна. Но Тарон хочет, чтобы вы делали то, что обычно делает второрожденная дамочка, – говорит Лиран, прежде чем Тарон успевает ответить.

– Мне нравится все это делать, – говорю я, и ухмылка Лирана подтверждает, что он чувствует мою ложь. Он знает, кто я такая. И конечно, при этом понимает, какой раньше была моя жизнь.

С подчеркнуто невинным видом я избегаю его самодовольного взгляда, отводя глаза и оглядывая почти пустой зал. Всего через несколько секунд я замечаю Арка, стоящего перед огромными окнами, открывающими вид на сад. Герой Лирана смотрит на меня глазами Аргуса, и мне приходится взять себя в руки, чтобы он не услышал мои мысли.

– Я буду как можно дольше препятствовать ее путешествию в твое княжество, полное шлюх, бастардов и ловеласов.

Лиран хрипло рассмеялся.

– Ловеласов? Неужели, Тарон? Ты осмеливаешься произносить слово «шлюхи», но мужчины, которые не следуют правилам брака, для тебя просто ловеласы?

Лиран качает головой, а я задумчиво прищуриваюсь. Нередко мужчины, и особенно князья, не испытывают уважения к женщинам. Считается нормальным, что женщины подвергаются суровому наказанию за прелюбодеяние, а мужчины нет. Тогда почему Лиран упоминает об этом таким тоном? Неужели он видит все иначе?

– Я сопровожу вас в деревню, – отрывисто произносит Лиран и встает.

– Сопровождать ее буду я, Лиран, – вмешивается Тарон и тоже поднимается.

У меня пересохло в горле.

– Хорошо, значит, будем втроем. Я давно хочу посмотреть на твою деревню.

Он подмигивает мне, затем направляется к Арку, а я остаюсь сидеть в растерянности, так как еще ничего не успела съесть. Но Тарона, похоже, это мало волнует, потому что он обходит стол и протягивает мне руку.

Когда я протягиваю ему свою, то замечаю легкое изменение его позы и подергивания на лице, когда он медленно проводит пальцами по моим мозолистым ладоням. Я немедленно прячу их и поджимаю губы.

– Я слишком много ездила верхом дома, – пытаюсь я оправдать свои закаленные в боях руки.

Тарон ласково кивает и ведет меня к дворцовому комплексу, где стоит карета, в которой уже сидят Лиран, Арк и Мирал.

Всю поездку я чувствую, что мне не хватает воздуха. На меня давит то, что Лиран знает, кто я, то есть знает мой самый большой секрет, и что я обещала ему руку Авиелл. Когда в поле зрения появляется небольшая деревня, принадлежащая замку и расположенная за лесом, я ощущаю облегчение. Мы оставляем позади последние обрамляющие дворцовый комплекс деревья и едем по выложенной камнем дороге. Вокруг нее располагаются деревянные домики и ухоженные палисадники. Вскоре мы добираемся до рыночной площади, в центре которой великолепный фонтан. За ним возвышается собор Смертных грехов. Он выглядит почти как уменьшенная версия дворца. Видны угловые башенки на крыше и закругленные декоративные окна.

Можно разглядеть и множество символов, которые вырезаны на стенах собора. Прежде всего заметно одно изображение. Козел. Символ сатаны, который был первым князем Гнева. Его кости лежат здесь, в этом святом месте. У нас тоже есть собор, но он меньше и построен из дерева, а не из камня.

По словам настоятелей, в нем должны находиться мощи последнего архангела. Но мы не посещаем его, так как давно отвернулись от мира света и архангелов. Чтобы подкрепить нашу веру, мы посещаем монастырь.

Наконец карета